101 год Русской Православной Церкви Заграницей

19 ноября 1920 года – условная дата образования Русской Зарубежной Церкви. В этот день на борту парохода «Великий князь Александр Михайлович», состоялось первое заграничное заседание «Временного Высшего Церковного Управления Юго-Востока России», которое в декабре того же года было преобразовано в «Высшее Русское Церковное Управление за границей». Это заседание, а затем и учрежденное Управление, были возглавлены Митрополитом Антонием Киевским и Галицким, первым кандидатом Поместного Собора РПЦ в Патриарха Московского и всея Руси.

Об этом событии нам год назад рассказывал приснопочивший историк и публицист нашей епархии Игорь Николаевич Андрушкевич. Сегодня мы вновь публикуем его рассуждения, посвященные не только образованию РПЦЗ, но Русской Белой Эмиграции как таковой.

СТО ЛЕТ РУССКОЙ БЕЛОЙ ЭМИГРАЦИИ

Началом великого исхода Русской Белой эмиграции принято считать 22 ноября 1920 года, день высадки в Галлиполи частей Русской Армии, эвакуировавшихся с Юга России, под верховным командованием генерала П. Н. Врангеля, после трёхлетней гражданской войны. Среди них было несколько сот русских кадет, в том числе и учредитель и первый редактор этого «Кадетского письма», А. Г. Денисенко.

За три дня до этого, была образована «Русская Православная Церковь Заграницей»: 19 ноября 1920 года, на борту парохода «Великий князь Александр Михайлович», состоялось первое заграничное заседание «Временного Высшего Церковного Управления Юго-Востока России», которое в декабре того же года было преобразовано в «Высшее Русское Церковное Управление за границей». Это заседание, а затем и учрежденное Управление, были возглавлены Митрополитом Антонием Киевским и Галицким, первым кандидатом Поместного Собора РПЦ в Патриарха Московского и всея Руси.

Архиерейский Собор РПЦЗ 1932 года

Таким образом, основными учредительными элементами Русской Эмиграции были части Русской Армии, в том числе несколько русских Кадетских Корпусов и два русских Военных Училища, и часть Епископата Русской Православной Церкви. В Русской Эмиграции временами было больше епископов Русской Церкви, чем на свободе в России.

Такая столетняя годовщина сама собой свидетельствует о практически уже свершившемся окончании этого исторически исключительного процесса, каковым был остракизм миллионов русских людей, среди которых было немало лучших сыновей России. Ведь никто не может претендовать на более длинный жизненный пробег. В «Кадетском письме» № 13, от января 1998 года, указывалось, что, отмечаемое тогда, начало Белой борьбы является последней такой годовщиной, в которой еще принимают участие немногие тогда еще живые участники этих событий: в будущем, в подобных годовщинах они уже не будут физически участвовать.

Однако, несмотря на такую дистанцию во времени, Русская Эмиграции всё-таки донесла до России сохранявшиеся ею русские традиционные идеи и принципы. Сегодня никто в России не может сказать, что он ничего не знает, что именно так бережно хранила для России Русская Эмиграции. В частности, что хранили русские зарубежные кадеты для возрожденных русских кадетских корпусов и военных суворовских училищ. Тысячи томов русских богословских, философских, научных трудов и ценных исторических воспоминаний и мемуаров Русская Эмиграция возвратила в Россию, ибо все они были написаны главным образом для России.

Если начало Русской Белой эмиграции можно условно точно обозначить, её символический конец сегодня еще трудно уточнить. Некоторые считают, что формальное закрытие Русского Обще-Воинского Союза (РОВС-а), символически приуроченное к Дмитриевской субботе 4 ноября 2000-го года, может быть такой символической датой, ибо РОВС был создан генералом Врангелем для сохранения русских воинских структур а рамках Русской Эмиграции. В таком случае получается, что Русская Белая эмиграция реально просуществовала ровно 80 лет (без 18 дней). Другие считают, что восстановление канонического единства в Русской Православной Церкви, в мае 2007 года, можно считать символической датой преодоления Русской Эмиграции и включения её остатков и её наследия в Русское Рассеяние (Диаспору). Тем более, что представители епископата, духовенства и мирян из Русской Эмиграции приняли участие в 2009 году в Поместном Соборе Русской Православной Церкви в Москве, и в выборе Патриарха Московского и Всея Руси (в том числе и «Руси Зарубежной»).

17 мая 2007 года. Патриарх Алексий II и Митрополит Лавр, Первоиерарх РПЦЗ

Однако, несмотря на всё это, остракизм Русской Эмиграции до сих пор полностью не закончен и не ликвидирован. Остракизм был высшей мерой политического наказания в демократии Древних Афинах, когда, свободным волеизъявлением всех граждан, на глиняных черепках (по-гречески «остракон»), один раз в год принималось законное судебное решение для изгнания из Афин на десять лет одного гражданина. По истечении десяти лет, изгнанный мог свободно вернуться на свою родину и получить все права, которыми он обладал до изгнания.

В случае же Русской Эмиграции, лишение русского гражданства, не одного человека, а миллионов русских людей, было незаконно решено волей одного человека, оформленной как «решение совнаркома», в составе которого были также и иностранные граждане, и продолжается оно не десять, а многие десятки лет, до сегодняшнего дня, ибо этот бесчеловечный и дискриминационный русофобский акт до сих пор считается юридически неотменённым, хотя он и противоречит международному праву и конституции Р. Ф.

Русская Эмиграция никогда не стремилась продлить до бесконечности свое собственное существование. Наоборот, Русская Эмиграция всегда мечтала о как можно скорейшем возвращении в Россию. В течение первых двух десятилетий, многие русские эмигранты буквально «сидели на чемоданах», в ожидании желанного возврата на Родину, и многие из них никогда не приняли никакого иного гражданства.

Как было указано в передовице 13-го номера «Кадетского письма», в ноябре 1958 года: «Основной миссией Русской Эмиграции была борьба за подлинные интересы России и за сохранение подлинного русского православного мировоззрения»

Deja una respuesta

Tu dirección de correo electrónico no será publicada.