Доклад протопресвитера К. Изразцова в свете правил Православной Церкви

В мае 1949 года, вслед за совершенным в Аргентине церковным расколом и отчуждением имущества русских храмов в пользу гражданской Ассоциации, протопресвитер Константин Изразцов сделал доклад на очередном общем собрании названной Ассоциации, а затем опубликовал и счел нужным широко распространять. В этом докладе, кроме ряда канонических нелепостей, он позволил себе сделать грубые выпады против Архиерейского Синода , его Председателя Блаженнейшего Митрополита Анастасия и законного Архиерея РПЦЗ в Южной Америке, архиепископа Пантелеймона.

Ответом на это произведение о. Изразцова послужила брошюра, изданная Приходским советом храма Воскресения в том же 1949 году, в которой обстоятельно обличалась вся неправда доклада о. Изразцова. Ниже мы публикуем одну из частей брошюры, содержащую обстоятельный анализ послания запрещенного в священнослужении клирика, в свете Канонов и правил Православной Церкви

Брошюра, изданная Приходским советом храма Воскресения в Буэнос-Айресе в 1949 году
Перед нами документ, после прочтения которого становится и больно и стыдно. Зарубежная церковная жизнь обогатилась, увы, за последнюю четверть века громадной, очень специфической литературой канонического и псевдо-канонического характера, изданной различными церковными группами для обличения своих противников или для самооправдания. Но за все это время, при всем разнообразии этой, в общем, печальной литературы,  нам, за исключением одного лишь случая, не приходилось читать ни одной книжки или даже листовки, где бы священник выступал в роли личного "обвинителя" своего епископа, к тому же снабжая свое обличение ссылками на канонические правила.
Такой, можно сказать, пробел в нашей "юрисдикционной" литературе заполнил теперь протопресвитер Константин Изразцов, выпустив в печатном виде свой доклад, прочитанный на общем собрании членов так называемой "Русской Православной Ассоциации" в Аргентине.

Мы рассмотрим опубликованный "доклад" со стороны его соответствия с истиной в чисто каноническом отношении. Нам представляется это особенно важным с двух точек зрения. Незнание правил Православной Церкви - св. канонов громадным большинством мирян, а часто и клириков, вещь, к сожалению, очевидная. Но тем не менее ссылки на св. каноны, даже еще с указанием соответствующих правил, действует обычно на церковных, хотя и не осведомленных людей тем более,  что никому не может прийти в голову, чтобы какое либо духовное лицо, да при том носящее высокий сан, убеленное сединой и удостоенное долголетием священнического служения,  могло бы позволить себе, приводя даже в свою собственную пользу св. Правила Церкви, не только ложно толковать их, но даже просто ссылаться на каноны, либо не имеющие отношения к вопросу, либо прямо противоположные той мысли, которую данное лицо желает защитить.
Писать канонические безграмотности - печально и неумно. Писать же и безграмотно и облыжно, просто скверно.
Увы, протопресвитер Изразцов допустил в своем произведении именно и каноническую безграмотность и самое настоящее искажение элементарной точности.
Для того, чтобы показать то пренебрежение как к читателям, так и к самим цитируемым правилам, которое проявлено автором доклада, мы рассмотрим все, указанные о. Изразцовым, правила и покажем, в какой степени они соответствуют тому, что он им приписывает.
Это с одной стороны. А с другой, нам чрезвычайно важно установить, что то, что предложено нашему вниманию в докладе о. Изразцова значительно существеннее, чем даже некрасивая и недобросовестная полемика и борьба с церковной властью. В этом документе ясно обнаруживается такое ложное представление об устройстве Церкви, такое поглощение мирским началом церковного, что можно смело утверждать, что о. Изразцов, выступая против своего иерарха, становится на путь новой своеобразной и, назовем, пресвитерианской секты, ничего конечно не имеющей общего ни по духу, ни даже по внешнему сходству с Православием или даже вообще с понятие о Церкви. Нам представляется эта сторона дела не менее опасной, чем первая. ибо в первом случае пренебрежение к канонам св. Церкви и отступление от самой элементарной истины соблазнительно и греховно. А во втором случае, дело идет о попытке введения в Православную Церковь совершенно чуждых ей мыслей и утверждения, принятие которых свело бы к полнейшему разрушению тех основ, на которых покоится Церковь Христова.
В силу этого мы и отведем подобающее место соответствующему разбору и этой стороны документа.
Оговоримся, что сам доклад, как документ, обличающий церковно-каноническое невежество автора, не настолько замечателен, чтобы стоило уделять ему специальное внимание. Но поскольку соблазн, вызванный им, велик, поскольку имеются еще хоть и немногочисленные православные, которые склонны поддерживать духовное общение с маститым автором этого печального документа, и наконец, поскольку у представителей католического общества и властей в Аргентине доклад имеется, хотя и в искаженном виде, и на испанском языке, может создаться совершенно превратное представление о Православной Церкви, как о каком то сектантском сообществе, - мы полагаем необходимым уделить время и место для подробной критики этого убогого документа.

I

о. Изразцов в своем докладе счел нужным привести несколько правил церковных: 139 правило Карфагенского Собора, 8 правило 8 правило 3-го Вселенского Собора, 9 правило Антиохийского Собора и 64-67 правило Карфагенского Собора. Для листовки в 2 с половиной страницы такого аппарата более чем достаточно. Беда лишь в том, что все эти правила либо не имеют отношения к делу, либо прямо противоположны утверждениям автора.

139 Правило Карфагенского Собора (кстати по невежеству автора именуемое Правилом Апостольским — следовало бы столь просвещенному канонисту знать, что Правила Апостольские далеко не то же самое, что правила поместных соборов), приведено о. Изразцовым как оправдание для выхода его из юрисдикции Митрополита Анастасия. Выходит так, будто бы св. каноны Церкви знают случай, когда священник может даже по весьма важной и кажущейся ему позволительной причине выйти из повиновения своего епископа и уйти в подчинение другого.

Такого правила в Православной Церкви нет. Церковь знает только один случай, когда священник и даже мирянин не только может, но и должен выйти из подчинения епископа. Это случай отпадения епископа от веры и догматов. Случай этот предусмотрено 15 пр. св. Константинопольского Двукратного Собора, похваляющим отказ от общения с епископом, проповедующим всенародно ересь, осужденную святыми Соборами или отцами и учащего ей открыто в Церкви. Напротив, тот же Двукратный Собор своим 13 пр. прямо заявляет, что «аще который пресвитер или диакон, по некоторым обвинениям, зазрев своего епископа, прежде соборного исследования и рассмотрения, и совершенного осуждения его, дерзает отступити от общения с ним, и не будет возносити имя его в священных молитвах на литургиях по церковному преданию: таковый да подвергнется извержению (т.е. лишению сана) и да лишится всякия священническия чести. Ибо поставленный в чине пресвитера, и восхищающий себе суд, митрополитам предоставленный, и прежде суда, сам собою осуждати своего Отца и епископа усиливающийся, не достоин ни чести, ниже наименования пресвитера. Последующие же таковому, аще суть некии от священников, такожде да лишены будут своея чести: аще же монахи или миряна, да отлучатся вовсе от Церкви, доколе не отвергнутся сообщения с раскольниками и обрятятся к совему епископу«.

Это основное положение цеоковных канонов покоится на 55 Апост. Правиле (ср. Ап. Прав. 31), в свою очередь основывающимся на самом Писании и гласящим: «Аще кто из клира досадит епископу, да будет извергнут (т.е. лишен сана). Князю бо людей твоих да не речеше зла (Деян. ХХIII, 5). По истолкованию этого правила Зонарой архиерей является образом Господа нашего Иисуса Христа и его нужно почитать, как главу тела Церкви. (Аф. Синтагма II, 73) почему наносимое ему оскорбление представляет собой как бы оскорбление самого Христа, за что Церковь и устанавливает столь тяжкое наказание.

Уже в силу всего сказанного очевидно, что не может быть никакого правила, которое разрешало бы священнику выходить из юрисдикции своего епископа. Поэтому ссылка о. Изразцова на 139 прав. Карф. Собора привело нас в полнейшее недоумение. Посмотрим, о чем идет речь в этом правиле.

139 прав. Карф. Соб. гласит:

«Постановлено и сие: аще пресвитеры, диаконы и прочие низшие из клира, по имеющимся у них делам, не довольны решением своих епископов: то соседние апископы да слушают их, и прекословие из да разрешают избранные ими, по согласию собственных их епископов. Аще же и от них восхотят принести дело в высший суд: то да преносят токмо в африканские соборы, или к превенствующим епископам своих областей. А желающий перенести дело за море, никем в Африке да не приемлется в общение«.

Это правило, устанавливающее инстанции в слушании судебных дел о клириках и исторически связанное с борьбой африканской церкви за свою независимость, разумеется, не только не дает никакого повода к оправданию выхода священника из юрисдикции своего епископа, но, напротив, обличает поступки о. Изразцова. Действительно, желая применить к себе это правило, о. Изразцов должен был бы «по согласию собственного епископа» и после того, как о нем было бы вынесено судебное, а не административное решение, перенести дело на суд «соседних» епископов, т. е. во вторую инстанцию. В данном случае о. Изразцов мог бы апеллировать на решение Владыки Анастасия сначала к Архиерейскому Синоду, а затем, в случае недовольства, к Собору Епископов, но вовсе не уходить из юрисдикции Митрополита Анастасия. Само правило прямо осуждает обращение клирика «за море», т.е. в Рим, юрисдикция которого не распространялась тогда на Африку, т. е. именно выход из собственной юрисдикции в иную.

Так о. Изразцов, сославшись на 139 прав. Карф. Соб., сделал в лучшем случае грубую каноническую ошибку, в худшем – плохо рассчитанный канонический подлог.

Не лучше обстоит дело и с прочими приведенными о. Изразцовым правилами. о. Изразцов говорит, снова невежественно смешивая Апостольские Правила с правилами Поместных Соборов, буквально: «Наложение прещения и отстранения меня от должности Архиерейским Синодом не имеет реального значения, т.к. они последовали задним числом, после моего выхода из под из власти, когда я не подлежал их суду и в данном случае Высокопреосвященный Митрополит Анастасий сам нарушил постановление Апостольских Правил (sic!), вмешавшись в область другого Митрополита, судя чужого для него клирика (пр. 8 – III Всел. Соб. пр. 9 – Антиох. Соб.и 64-57 Кар. Соб.)и за это нарушение Митрополит Анастасий сам подлежит суду Собора Епископов».

Вся эта тирада есть сплошной вздор. Мы уже показали выше, что никакому клирику не дозволено выходить из под власти своего епископа ни по какому поводу. Наложено ли прещение до или после перехода о. Изразцова в юрисдикцию М. Феофила не имеет никакого значения, даже если бы сама юрисдикция последнего была бы возможной и допустимой. Хотя в данном случае факты расходятся с утверждением о. Изразцова, ибо запрещение его в священнослужении наложено на него Архиерейским Синодом 24.XI.47, п принят М. Феофилом он был только  27.I.48. То, что о. Изразцов, пользуясь церковной смутой, перебежал к другому иерарху, не имеющему ни малейшего канонического основания простирать свою юрисдикцию на Южную Америку, ни в какой мере не делает его «чуждым» для его законного епископа – тогда Митрополита Анастасия – клириком. Было бы очень просто, если бы недовольный своим епископом клирик перебегал от одного епископа к другому и тем самым становился неподвластным своему епископу. Само собой разумеется, что никаких правил, допускающих или даже оправдывающих подобные поступки, не имеется и иметься не может. Прекрасно известно, что даже в том случае, когда клирик, по особо важной причине должен был бы переместиться из своей епархии в другую, то и для этого требуется так называемая отпустная или «представительная»грамота от своего епископа. Об этом прямо говорят Апост. Прав. 33, IV Всел. Соб. 13. при чем 12 Апост. Прав. даже указывает, что если в общение будет принят клирик, «отлученный от общения церковного» без представительной грамоты, то и «принявший и принятый» отлучаются от Церкви.

Таким образом, трудно думать, что приведенные о. Изразцовым правила могли бы  в какой либо мере подтвердить правильность его утверждения, что и покажет нам разбор указанных правил.

8 прав. III Всел. Соб. говорит о прерогативах Кипрского архиепископа (ныне патриарха) в поставление епископа на острове Кипре. Эта часть правила вообще никакого отношения к делу о. Изразцову очевидно не имеет.

В последующей части то же правило устанавливает очень существенный принцип: «дабы никто из боголюбезнейших епископов не простирал власти на иную епархию, которая прежде и сначала не была под рукою его или его предшественников». Этому дается и чрезвычайно высокая мотивировка, ибо правило прямо объясняет это определение так: «да ни вкрадывается под видом священнодействия надменность власти мирския: и да не утратим по малу, неприметно, тоя свободы, которую даровал нам Кровию Своею Господь Иисус Христос, Освободитель всех человеков».

Всякому очевидно, что и в этой части правило это имеет отношение к делу о. Изразцова только постольку, поскольку оно как раз осуждает деяние М. Феофила, простершего свою власть на область, ему искони не принадлежащую. Разве что о. Изразцов думает, что находившееся в его заведывании церкви в Аргентине составляли когда либо епархию и он был ее главой. Но Православной Церкви неведомы епархии без епископов.

Аргентина никогда до назначения Архиепископа Пантелеимона не имела православной епархии. Русские церкви в ней находились в ведении Свят. Правительствующего Синода через С. Петербургского Митрополита или (вернее) его викария (обычно Кроншадского), который ведал всеми русскими церквами за границей там, где не было отдельных епархий, (таковыми были только епархии северо-американская и японская, а также некоторые духовные миссии на правах епархиальных). Впоследствии одно время аргентинскими церквами на правах епархиального архиерея управлял Митрополит Евлогий, тогда в качестве законного правопреемника Митрополита С. Петербургского Вениамина, по согласию последнего и по благословению святейш. Патриарха Тихона, а затем, после разрыва Митрополита Евлогия с Архиерейским Собором, председатель последнего, в то время Митрополит Антоний. Более 20 лет продолжалось это положение и, таким образом, 8 правило III Вселенского Собора как раз ограждает права того из епископов, в данном случае Митрополита Анастасия, в чьем ведении и находилась долгое время Аргентина, как часть его епархии.

Нисколько не лучше обстоит дело и с последующими цитируемыми о. Изразцовым правилами.

9 пр. Антиох. Соб. приводится о. Изразцовым ни к селу, ни к городу. В этом правиле говорится о подчинении епископов митрополитам областей и о том, чтобы епископы занимались лишь делами своих епархий. Это правило, покоящееся на 34 Апост. правиле, и тесно связанное с ним, устанавливает взаимоотношении главы помесной церкви с прочими епископами той же церкви. Либо о. Изразцов просто поставил правило наобум, либо он снова возомнил о себе, как епископе и представил свои отношения с митрополитом, как если бы он был епархиальным архиереем. О клириках же, каковым является о. Изразцов, речи в этом правиле нет.

Наконец 64-67 прав. Карф. Собора не только не имеют отношения к обвинению о. Изразцовым Митрополита Анастасия, но, как раз наоборот, обличают текстуально все поведение сего протопресвитера. Так в 64 правиле, где снова идет речь о невмешательстве одного епископа в дела другого епископа, между прочим, прямо говорится и (об) о. Изразцове такими словами:

» На многих соборах священным сословием определено, чтобы народ, в приходах от епископов зависящий и никогда не имевший особого епископа, не иначе получал своих правителей, то есть епископов, как по согласию епископа, которому подчинен сначала».

Всякому напрашивается аналогия с русскими церквами в Аргентине, не составлявшими отдельной епархии и подчинявшимися последние 20 лет председателю Архиерейского Собора. Именно, сообразуясь с этим правилом, и последовало назначение архиепископа Пантелеимона на Аргентинскую кафедру.

Далее в том же правиле рисуется портрет, до крайности сходный с автором доклада, столь неосторожно приведшего в «обличение» Митрополита Анастасия это правило. В нем буквально говорится: «Многие из пресвитеров, надменные и безумные, подъемлют выи свои противу собственных епископов, пиршествами и злонамеренными советами возбуждая народ к тому, чтобы он, по безчинной приязни, их самих поставил правителями».

Нужно обладать очень основательными знаниями св. канонов и значительной  долей юмора, чтобы из сокровищницы правил церковных подыскать подобные изречения не в бровь, а в глаз обличающие того, кто решился поднять каноническое оружие против своего архипастыря. Воистину Бог поругаем не бывает, а лукавый частенько подкладывает неожиданный подвох людям, прибегающим к искажению истины для своих корыстных целей. Если бы привести полностью это громадное правило, рисующее живописную картину бунтарей – карфагенских пресвитеров, «опирающихся на свою толпу» и боящихся являться на соборы, «да не обнаружатся их нелепости», то р. Изразцову и его сторонникам пришлось бы от стыда провалиться сквозь землю.

Нам думается, что всего этого совершенно достаточно, чтобы показать, как иногда безрассудно приводимые правила обращаются на голову незадачливых канонистов.

Правило 65 Карф. Соб. просто убивает о. Изразцова. оно гласит: «никакой епископ да не усвояет себе чуждого клирика, без рассуждения прежнего епископа».

Кто прежний епископ о. Изразцова, думается, ясно для самого канонически неискушенного ума.

Правила 66 и 67 того же Собора уже вовсе не имеют никакого отношения к делу, так как в них речь идет о постановлении епископов. Они могут быть применены для обоснования права главы поместной церкви поставлять епископа там, где ему угодно. Поэтому, если уж о. Изразцову хочется упомянуть эти правила, к его делу отнюдь не имеющие отношения, то мы охотно сошлемся на них, как на обоснование права Митрополита Анастасия назначать в Аргентину епархиального архиерея, в нашем случае архиепископа Пантелеимона.

Вот какими удивительными каноническими аргументами позволяет себе оперировать о. Изразцов, желая придать некий церковно-ученый вид своему достойному всякого сожаления произведению. Неужели же о. Изразцов мог думать, что нигде уже не осталось больше людей, которые что-то смыслят в св. канонах церкви, или же он рассчитывал на то, что Книги Правил нигде, кроме его  библиотеки, нельзя найти, а потому невозможно будет проверить его цитат? Или же, наконец, не насмеялся ли кто-нибудь над старцем и не подсунул ли ему, пользуясь его физической немощью «Филькину грамоту» в виде фальшивых текстов. Так или иначе – картина плачевная.

На этом мы кончим рассмотрение «канонических» аргументов о. Изразцова, не считая нужным со своей стороны предаваться, очень впрочем простым для его случая, каноническим изысканиям.

II

Церковное положение протопресвитера Изразцова рисуется в его докладе следующим образом. Имеется некое частное общество под наименованием "Русская Православная Ассоциация", в которой действительные члены (числом 55!) являются полноправными хозяевами, а соревнователи (числом 75!) бесправными налогоплательщиками. Это частное общество является собственником всего церковного имущества, которое "давным- давно" предано ему о. Изразцовым "нотариальным порядком". Общество это, утвержденное в Аргентине законным порядком, как и всякое иное частное предприятие, получило права юридического лица и к нему не может иметь касательства никакая церковная власть. О. Изразцов прямо заявляет: "Никогда, даже в периоде Империи в России, никакая Духовная власть не имела никакого отношения к хозяйственному управлению имуществом нашей церкви: ни бывший св. Синод в царское время, ни покойный митрополит Парижский Евлогий, в подчинении которого находилась одно время наша церковь, ни блаженной памяти митрополит Антоний, ни созданный им же Архиерейский Синод, ни митрополит Анастасий никогда не имели никакого отношения и вмешательства к хозяйственному управлению нашей церкви и Ассоциации".
Далее, общество о. Изразцова оказывается распространяет свою власть не церкви и приходы в Чако, причем он считает, что последние являются не только собственностью Ассоциации, но и его юрисдикцией.

Если мы допустим хоть на минутку законность утверждения о. Изразцова с церковной точки зрения, то нам придется раз навсегда проститься с принадлежностью к Православной Церкви.

Действительно, то общество, которое создал О. Изразцов, и в уставе которого совершенно неожиданно имеются ссылки на приходской устав, выработанный и утвержденный на Всероссийском поместном Соборе 7/20 апреля 1918 года, ничего общего с православным приходом не имеет и иметь не может. Прежде всего, нельзя даже пытаться называть приходом общество, в котором действительными членами состоят не все члены, а только подобранные по принципу родства, свойства или приязни с о. Изразцовым. Затем, Церковь Христова не знает приходских организаций, которые либо не входили в состав какой-нибудь епархии, либо не находились в подчинении Высшей Церковной Власти. Самостоятельных приходских Обществ в Православной Церкви нет. Стало быть, О. Изразцов со своей Ассоциацией должен или находиться в составе какой-то епархиальной единицы, или же подчиняться Высшей Церковной Власти, как было до образования в Аргентине Православной Епархии, на правах некой ставропигии. Но и в том и другом случае под подчинением следует разуметь не духовную только обязанность возносить имя своего кириарха на богослужении, но и полное подчинение во всех отношениях, в том числе и хозяйственном.

Власть епископа в церкви по строгому смыслу канонического права простирается на решительно все дела, касающиеся подчиненных ему церквей и приходов, а в отношении имущества очерчена 41-м Апост. Правилом, гласящим:

«Повелеваем епископу имети власть над церковным имением. Аще бо драгоценные человеческие души ему вверены быть должны: то кольми паче о деньгах заповедать должно, чтобы он всем распоряжал по всей власти» и т.д.

Всероссийский Поместный Собор 1917-18 года, в значительной мере подчиняясь духу времени, несколько ограничил эти всеобъемлющие права епископа на распоряжение церковным имуществом, введя очень существенное разделение последнего на храмовое и приходское. Этому посвящена обширная Х глава приходского Устава. При этом, если приходское или храмовое имущество находится в управлении и распоряжении прихода (параграф 111), то в степени владения ими вводится существенная разница. Так, приходское имущество во всех видах может быть приобретаемо, продаваемо, отчуждаемо, и т.д. по постановления приходского Собрания, и в этом случае приход свободен действовать как собственник (параграф 114); храмовое же имущество находится под постоянным контролем епархиальной власти и без ее распоряжения не может быть ни продаваем, ни отчуждаемо, ни закладываемо, и т.д., причем говорится даже о необходимости разрешения сего высшей церковной властью (параграф 112).

Таким образом даже с известными ограничениями, и поныне власть епископа вполне сохранена в отношении имущества храмового. При этом под храмовым имуществом разумеются: а) здание храма со всеми его принадлежностями, а также приписные храмы, молитвенные дома и часовни; б) все, что приносится к алтарю Господню; в) движимое и недвижимое имущество, пожертвованное на благоустроение храма; г) деньги, поступающие в храм из различных источников; д) движимое и недвижимое имущество, числившееся ранее причтовым и е) движимое и недвижимое имущество и капиталы, жертвованные или завещанные именно храму – «в пользу» или «в собственность» храма (параграф 109).

Поэтому утверждение о. Изразцова, что ни Синод, ни иная церковная власть не имела никакого отношения к его церквам и их имуществу – абсурдны. Возможно, что за дальностью расстояния и по доверию иереи, церковные власти не интересовались, к сожалению, имущественным положением церкви в Буэнос-Айресе и тем дали возможность о. Изразцову сначала просто перевести собранные им в России и других местах на построение храма средства и построенное имущество на свое имя, а затем, когда это ему понадобилось, переписать их «нотариальным» порядком на имя фиктивной организации.

Конечно, можно совершить любое злодеяние, формально по гражданским законам имеющее вид законности, но оправдать это деяние с точки зрения церковно -канонической невозможно.

Тем же обстоятельством, что о. Изразцов заявляет о независимости своей, хотя бы только в хозяйственном отношении, от епископа, да еще приписывает себе юрисдикционную власть над Аргентинской территорией и при этом дерзновенно пытается возбранить законному епископу управлять своей епархией и посещать ее, он проповедует лжеучение пресвитерианства, т.е. отрицает за епископатом принадлежащее ему исключительно право как юрисдикции над приходами,  так и полного распоряжения церквами и приходами, а к себе самому считает возможным отнести церковные правила, говорящие о власти и правах епископа.

Встав на такую позицию, о. Изразцов не имеет права называться православным священником, а его «Ассоциация» русской и православной. Ничего православного ни в подобном священнослужителе ни в его Обществе нет. Однако же о. Изразцов именует себя «Главой православной Церкви в Аргентине» и даже по-испански величается «Верховным начальником Русской Православной Церкви» (Jefe Superior de la Iglesia Ortodoxa Rusa) и хвалится, что таковым он признан г-ном Президентом Аргентинской Республики. Но дело в том, что Аргентина страна, в которой государственной религией является римско-католическая, а все иные вероисповедания, если они не носят антигосударственного характера, только свободно допускаются. По этой причине аргентинской государственной власти безразлично, как титулуют себя не-католические духовные лица, а титул «монсеньора» в применении Изразцова может даже давать ей повод думать, что он едва ли не епископ. Но такое самозванство, даже по недоразумению или безразличию принятое к сведению правительством Республики, не достаточно, чтобы превратить о. Изразцова в главу Аргентинской православной церкви, сделать из него самосвятного епископа или усвоить ему юрисдикцию над православными приходами.

В виду этого мы констатируем, что о. Изразцов не только присвоил себе и своему обществу русское православное церковное имущество, не только фактически стал приписывать себе епископскую власть и юрисдикцию, но даже во всеуслышание заявил об этом и тем самым стал учить о невиданном и неслыханном самоначалии. А потому мы считаем, что сам о. Изразцов не является более православным священником, а главою новой секты, что он не имеет права именовать себя каким бы то ни было представителем русской православной Церкви и, наконец, что его Общество ничего общего ни с приходом, ни тем более с русским православием не имеет, к потому и совершенно не правомочно обладать православным храмом и православным имуществом.

Нам остается только особенно сокрушаться о том, что, принявши о. Изразцова в свое ведение с нарушением многочисленных о том канонов, Митрополит Феофил, может терпеть под своим окормлением подобное духовное лицо и подобную автономную «Ассоциацию».

—————————————–

Подводя итог вышесказанному, мы можем констатировать, что в свете канонического учения Православной Церкви рассмотренный нами документ свидетельствует:

1. Об абсолютной канонической безграмотности составителя;

2. О ложном, бессмысленном и даже просто обращающемся против автора цитировании св. канонов;

3. О полнейшем пренебрежении к каноническому устройству Православной Церкви;

4. О пропроведи нового пресвитерианского лжеучения;

5. О подмене понятия прихода частной организацией;

6. О самоисключении из Православной Церкви, а потому и беззаконном с православной точки зрения обладании п р а в о славным церковным имуществом.

Мы считаем совершенно необходимым во имя защита прав и престижа Православной Церкви, особенно в стране католической, а стало быть в высшей степени почитающей епископскую власть и апостольское, т.е. опять же епископское устройство церкви, оградить русскую церковь в Аргентине от учителей бесчиния и нового сектанства. Не излишне, думается, закончить наш разбор цитатой столь любезного о. Изразцову 64 правила Капфагенского Собора:

«Чтобы мнящиеся быть довольными своею толпою народа и братскую любовь пренебрегающие, не токмо лишаемы били завладенных ими округов, но…и собственные из места у них, яко у мятежников, были отъемлены властью светских начальников».

А. Ставровский

Буэнос-Айрес, 1949 год

Приложение: Конспект доклада о. Константина Изразцова 1949 г. и Письмо ему от Преосв. Феодосия Бразильского

Deja una respuesta

Tu dirección de correo electrónico no será publicada.